Нозологическая сущность эпилепсии и сходных с ней состояний в литературе рассматривается с разных позиций. О. Crouzon (1929), Е. М. Россельс (1931) и др., учитывая, что разные органические поражения центральной нервной системы вызывают эпилептические припадки, расценивают эти припадки как симптом или, точнее, синдром указанных заболеваний. По их мнению, правильнее говорить не об эпилепсии как самостоятельной нозологической единице, а об эпилептических синдромах. «На эпилепсию нельзя смотреть, как на самостоятельную болезнь, а лишь как на синдром, могущий проявляться при разных заболеваниях центральной и периферической нервной системы» (М. Б. Кроль, 1936, с. 16).
Другие исследователи занимают противоположную позицию. Различные заболевания, сопровождающиеся эпилептическими припадками, они относят в рубрику эпилепсии. Отсюда соответствующие названия: опухолевая, инсультная, рубцовая, посттравматическая, артериосклеротическая и другие эпилепсии. Монография Д. А. Маркова и Т. М. Гельмана так и называется: «Эпилепсии и их лечение» (1954).
Третья группа авторов независимо от этиологической принадлежности припадков различают генерализованную (Е. Niedermeyer, 1972) и фокальную эпилепсию. В основу разграничения этих двух форм кладется главным образом тип припадков, точнее, наличие или отсутствие локального начала. К фокальной эпилепсии относят как случаи эпилепсии, развившейся на почве перенесенных мозговых заболеваний, так и эпилептические припадки при активно текущих патологических процессах. Пример этому можно найти в монографии А. Г. Земской «Фокальная эпилепсия в детском возрасте» (1971).
Некоторые исследователи припадки различного генеза дифференцируют в зависимости от локализации эпилептического очага. В соответствии с этим различают диэнцефальную, лобную, височную, теменную, затылочную эпилепсию (J. A. Chavany, 1958). Разграничение эпилепсии на генуинную и симптоматическую основывается на так называемых специфических изменениях личности. Эта классификация подвергнута нами подробному критическому анализу в предыдущих публикациях (А. И. Болдырев, 1964, 1970). Подавляющим большинством современных эпилептологов она отвергнута.
В литературе часто смешивают понятия эпилептического припадка как общебиологического явления и эпилепсии как болезни. Особенно наглядно это отражено в многочисленных публикациях по так называемой экспериментальной эпилепсии: аудиогенной, пенициллиновой, кобальтовой и т. д. Эпилептические припадки, вызванные у животных, находящихся на различных ступенях эволюционной лестницы, авторы ошибочно отождествляют с эпилепсией.
В эксперименте вызываются лишь некоторые формы судорожных припадков. Наиболее же характерные для эпилепсии пароксизмы, в частности различные варианты малых припадков, на животных не удавалось получить. Понятно, не приходится и говорить о моделировании психосенсорных пароксизмов и многообразных психических изменений.
В отличие от перечисленных точек зрения в основу разграничения эпилептических припадков разного генеза мы кладем принцип ведущего патологического процесса. Если приступы развиваются на почве перенесенных органических поражений центральной нервной системы (черепно-мозговые травмы, инфекции, интоксикации), то речь идет об эпилепсии как самостоятельной нозологической единице, развивающейся по принципу второй болезни. Если же имеется активно текущий церебральный процесс (опухолевый, воспалительный, паразитарный и др.) то эпилептические припадки в этих случаях следует рассматривать как синдром при соответствующем процессе. Кроме того, встречаются эпизодические эпилептические реакции в ответ на действие чрезвычайной экзогенной вредности.
Эпилептическая реакция, эпилептический синдром и эпилепсия требуют различной врачебной тактики и нуждаются в четком разграничении. Дифференциальная диагностика важна здесь не только для решения терапевтических и профилактических задач, но и для рассмотрения социальных и правовых вопросов.
В практике врачи обычно констатируют факт появления припадков и дают краткое описание их. Однако недостаточно или совсем не учитываются условия, в которых возникают припадки. Не принимается во внимание количественная и качественная характеристика факторов, способствующих наступлению приступов, создающих определенное функциональное состояние центральной нервной системы, при котором развиваются пароксизмы.
Одна и та же экзогенная вредность в зависимости от характера процесса может вызвать эпилептическую реакцию, эпилептический синдром и эпилепсию.
Например, однократные фебрильные судороги у ребенка при гриппе представляют собой эпилептическую реакцию. Повторные припадки во время гриппозного арахноидита или арахноэнцефалита служат проявлением эпилептического синдрома. Следствием гриппозного органического поражения головного мозга может быть развитие эпилепсии.
Для дифференциации эпилептической реакции, эпилептического синдрома и эпилепсии большое значение имеет анализ условий возникновения припадков, в частности, появляются ли они спонтанно или под влиянием провоцирующих факторов (А. И. Болдырев, 1972).
Разграничение эпилептической реакции, эпилептического синдрома и эпилепсии предполагает некоторую условность. Тем не менее оно имеет большое практическое значение. Разграничение это должно проводиться не по одному какому-либо признаку, а на основании совокупности их.
Необходимо дальнейшее углубленное изучение и уточнение дифференциально-диагностических критериев.
www.omozge.ru © 2010